Вверх

В. В. Седов. Из этнической истории муромской округи во второй половине I тысячелетия н.э.


Древним населением Муромского края была мурома — одно из племенных образований поволжско-финской языковой группировки. В состав последней кроме того входили мордва, марийцы (черемиса) и меря. Этническая территория муромы охватывала бассейн нижнего течения Оки, о чем сообщает русская летопись: «А по Оце реце, где втечеть в Волгу, мурома язык свой…».

История муромы довольно обстоятельно изучена археологами. Исследованные археологическими раскопками грунтовые могильники муромы — Пятницкий и Муромский на территории города Мурома, Подболотьевский и Максимовский в его окрестностях, Малышевский и Молотицкий на р. Ушне, Чулковский, Перемиловский, Корниловский, Урвановский и Ниже-Верейский на Правобережье Оки, а также Холуйский и Кочкинский, расположенные на левых притоках нижней Клязьмы — Тезе и Лух, дали весьма многочисленные и интереснейшие материалы для восстановления истории, культуры, быта и экономики муромы во второй половине I тыс. н.э. Изучались археологами и синхронные могильникам поселения.

Умерших хоронили по обряду трупоположения в прямоугольных могильных ямах головой к северу. Меридианальное положение умерших было характерно для всего финно-угорского мира. Муромские женщины погребались с полным набором украшений — от головного убора до обуви. Для мужских захоронений характерны орудия труда (ножи, топоры-кельты, пешни, серпы), предметы вооружения (наконечники стрел или копий, крайне редко — мечи) и наборы для высекания огня (кресала, кремни, фитильные трубочки).

Этнически определяющим для муромы является своеобразное женское убранство — головной убор, пояс и обувь. Головной убор включал неизвестные другим финноязычным племенам дугообразные жгуты, охватывающие голову от лба к затылку и изготавливаемые из конского волоса, льняных или шерстяных нитей, и ременные налобные венчики, застегиваемые металлической пряжкой на темени. Жгуты и головные ремни украшались бронзовыми колечками или пронизками, обвивались бронзовыми спиральками. Головные украшения дополнялись накосниками, состоящими из вплетенных в косу тонких ремешков с нанизанными на них цилиндрическими пронизками, спиралями, обоймицами. Внизу к ремешкам прикреплялись бронзовые бутыловидные привески или пирамидальные колокольчики. С IX в. получили распространение еще спинные подвески в виде коромысла с шумящими привесками.

Муромские женщины носили кожаные пояса, нередко богато украшенные металлическими накладками, обоймами и наконечниками. У соседних племен такие пояса были принадлежностью мужского костюма. Спереди пояса застегивались большими ажурными пряжками-бляхами, снабженными шумящими привесками.

Женская кожаная обувь муромы обычно украшалась металлическими пронизками, обоймицами, различными бляшками, а также литыми прямоугольными или умбоновидными подвесками, снабженными еще шумящими привесками.

Шейные украшения состояли из дротовых или пластинчатых гривн и ожерелий из пастовых бус и шумящих привесок. Распространенным нагрудным украшением были крупные пластинчатые бляхи с треугольными прорезями и дверцами, а также шумящие привески разных типов. Трапециевидные и бутылевидные привески нашивались на рукава, подол одежды, На руках носили спиральные, дротовые или пластинчатые браслеты и спиральные перстни.

В научной литературе утвердилось мнение, согласно которому до начала 2 тыс. н.э. в нижнеокских землях безраздельно господствовала мурома, а затем здесь расселились славяне, которые принесли новую культуру, в том числе курганный обряд погребения. К такому выводу пришел уже В. А. Городцов, раскопавший в 1910 г. 260 погребений в Подболотьевском могильнике. Он полагал, что расселившиеся в XI в. в Муромском крае славяне частично вытеснили, частично ассимилировали мурому. Е. А. Горюнова, активно исследовавшая древности муромы в 40−50-х гг., также утверждала, что славяне появились в Муромской земле не ранее начала XI в. Эту точку зрения отстаивали Н. Н. Воронин, Л. А. Голубева, Е. А. Рябинин и другие.

В настоящее время от такого мнения следует отказаться. История населения Муромского края во второй половине I тыс. н.э. была более сложной, чем это представлялось ранее.

Уже в конце VI — начале VII в. Нижнеокский регион, заселенный муромой, оказался затронутым миграционной волной, шедшей из Среднего Поднепровья. Пришлое население, очевидно, влилось в местную среду и хоронило умерших на общих кладбищах. Наиболее яркими следами инфильтрации нового населения в среду окских финнов являются находки фибул. Это, прежде всего, крестообразные фибулы окского типа. Они обнаружены в могильниках муромы — Подболотьевском, Малышевском, Кочкинском, Холуйском, Хотимльском и Безводнинском, в рязанско-окских могильниках — Борковском, Кузьминском, Курманском, Дубровском, Польновском, Старо-Кадомском и на других памятниках. О расселении нового населения на нижней Оке свидетельствует и появление в могильниках муромы наряду с меридианальными трупоположений с широтной ориентацией. Среднеднепровские переселенцы принесли в Муромский край и ряд других вещей (двухпластинчатые фибулы, поясные пряжки и накладки геральдической формы и др.).

Среднеднепровское население, расселившееся на нижней Оке, было неоднородно в этническом отношении, что весьма характерно для эпохи «великого переселения народов» и начала средневековой поры. Среди переселенцев были и славяне, о чем достоверно свидетельствуют находки типичных для славян-антов пальчатых фибул в захоронениях Подболотьевского и Кузьминского могильников.

Около середины I тыс. н.э. в Верхнем Поднепровье и Подвинье складывается крупный массив населения, оставившего тушемлинско-банцеровскую культуру. Характерным женским украшением этого населения были проволочные височные кольца большого диаметра с сомкнутыми или заходящими концами, именуемые археологами браслетообразными. На востоке ареал этих украшений охватывал и западные районы Волго-Окского междуречья (позднедьяковская культура). Поскольку ношение височных колец не было свойственно ни одному из раннесредневековых племенных образований финно-угров и балтов, не затронутых славянским влиянием, есть все основания считать рассматриваемый массив населений как одну из крупных диалектно-племенных группировок славян последнего периода праславянского языкового состояния.

Начиная с VI в. это славянское население постепенно распространялось в восточном направлении в среде части поволжско-финских племен. Основным индикатором славянского проникновения здесь являются браслетообразные височные кольца. В нижнеокских землях они появляются в VII в. Так, согласно данным последних раскопок Шатрищенского могильника, захоронения с браслетообразными височными кольцами относятся ко второй половине VII — началу VIII в. Таких погребений здесь девять, из которых шесть имеют не свойственную финно-угорскому миру широтную ориентацию,

Браслетообразные височные кольца встречены в Подболотьевском, Малышевском, Максимовском, Кочкинском, Чулковском могильниках муромы, а также на ее поселениях. Планиграфический анализ погребений Подболотьевского могильника показывает, что вместе с распространением браслетообразных височных колец в Муромском крае появляется и обряд трупосожжения, весьма характерный для славянского мира языческого времени.

Первоначально браслетообразные височные кольца носили славянские переселенцы, но в условиях совместного проживания очень скоро и муромские женщины стали украшаться подобными кольцами. Но последние были своеобразными — концы их оформлялись в виде крючка и щитка с отверстием (браслетообразные щитковоконечные кольца), подобно распространенным в Среднем Поволжье шейным гривнам. Судя по материалам Малышевского могильника, браслетообразные щитковоконечные височные кольца появляются еще в VII-VIII вв., но их широкое распространение приходится на IX — начало XI в.

В VIII-IX вв. в Муромской земле наблюдается приток славян из другой группировки, которыми были привнесены сюда лунничные височные кольца.

Таким образом, в VII-X вв. в Муромской земле имел место славяно-муромский симбиоз. На одних и тех же поселениях проживали и мурома и славяне, которые хоронили умерших на общих могильниках. Среди керамического материала выделяются и собственно муромские, и славянские, и гибридные формы глиняной посуды. В условиях территориального смешения протекал процесс славянизации аборигенного населения. К началу XI в. этот процесс завершился — муромские могильники прекращают функционирование. В исторических событиях X и последующих столетий мурома уже не участвует.

В окрестностях г. Мурома выявляется сгусток находок скандинавского происхождения (Чаадаевское городище, где по преданию находился Старый Муром, Подболотьевский могильник, Тумовское селище), датируемых X — началом XI в. Это — явное свидетельство активности скандинавско-древнерусских контактов. В таких условиях происходило становление Мурома — одного из древнейших русских городов. Его раскопками установлено, что уже по крайней мере во второй половине X в. это было древнерусское поселение с городской застройкой.


← Назад | Вперед →