Вверх

Е. В. Кончин. Поречье, год 1918-й


Усадьба Уваровых Поречье сохранением своих богатейших коллекций обязана Московской Комиссии по охране памятников искусства и старины, организованной в конце 1917 года при Московском Совете рабочих, крестьянских и солдатских депутатов. В Центральном Государственном Архиве Октябрьской Революции сохранилось несколько разрозненных протоколов заседаний Комиссии и ее подкомиссий и отделов. Почти в каждом упоминается Поречье, что показывает пристальное внимание членов Комиссии к судьбе сокровищ. Так, 18 февраля 1918 года на заседании Музейно-бытовой подкомиссии выступил директор Исторического музея Н. С. Щербатов и сделал, как было сказано в протоколе, «внеочередное заявление относительно имений Братцево и Поречье», а также «Дома Уваровых в Леонтьевском переулке». Было решено «по поводу двух заявлений обратиться в Комиссию с просьбой выдать охранные грамоты их владельцам»1. К слову, князь Николай Сергеевич Щербатов был родным братом последней владелицы Поречья графини Прасковьи Сергеевны Уваровой. Еще и поэтому он всячески содействовал сохранению культурных богатств усадьбы.

На заседании Музейного отдела Комиссии от 25 февраля 1918 года ее член В .А. Мамуровский выступил с большим сообщением о мерах по охране подмосковных имений и поместий. И, прежде всего, он назвал Поречье. На этом же заседании доклад «Об археологическом музее в имении Уваровых Поречье» сделал Н. С. Щербатов. Очевидно, он высказал серьезные опасения за сохранность музея, поэтому было решено «по существу доклада… обратиться в технический отдел относительно немедленной перевозки уложенных в ящики вещей музея и обеспечить сохранность оставшихся на месте. Просить Комиссию о срочной ассигновке на расходы 5000 рублей, а для наблюдения командировать в Поречье Малевича (может быть, речь идет об известном художнике К. С. Малевиче? — Е. К.) и представителей от Исторического музея». Специальным пунктом было записано: «О доме Уваровых в Леонтьевском переулке». Постановили: «Немедленно снестись с Председателем Комиссии П. П. Малиновским» 2.

Наконец, 7 марта 1918 года состоялось закрытое заседание Комиссии по охране памятников искусства и старины, на котором говорилось о том, что «Порецкий волостной совет признает ранее заключенные соглашения между Историческим музеем и Порецким волостным Земством относительно коллекции Уваровых — недействительными», он требует компенсировать их сохранность в размере нескольких десятков тысяч рублей… В противном случае отсутствие средств невольно заставит нас пойти на всякие меры». Словом, это заявление «ставит вопрос о самом существовании собрания Уваровых, как народного достояния… Его потеря была бы незаменимой утратой для европейской науки…»3.

Тревога Комиссии по поводу сохранности ценностей Поречья была весьма обоснованной. Лишь энергичные действия ее представителей, направленных в усадьбу и эвакуировавших ее коллекции в Москву, в Исторический и Румянцеве кий музеи, предотвратили дикое варварство Порецкого совета, преступление перед отечественной культурой. Но кто же спас это национальное культурное достояние? Кто ездил в Поречье и, несмотря на острейшую внутриполитическую и военную обстановку, с огромными, надо полагать, трудностями эвакуировал уваровские сокровища? Добавлю — при несомненном сопротивлении Порецкого волостного совета. Поиски были долгими. Наконец, в Центральном Государственном Архиве литературы и искусства СССР (ЦГАЛИ СССР), в личном фонде известного писателя Анатолия Корнелиевича Виноградова, я наткнулся на столь искомый документ. Это — командировочное удостоверение № 7868, выданное 1 апреля 1918 года Советом Народных Комиссаров Москвы и Московской области. В нем говорилось: «Согласно постановления Президиума Совета Народных Комиссаров г. Москвы и Московской области от 17 марта 1918 года командируются для приема художественного имущества Уваровского Порецкого музея для перевозки его в Москву, в Исторический музей, следующие лица: Виноградов Анатолий Корнелиевич — представитель Комиссии по охране памятников и художественных сокровищ при Совете Р. С. и К.Д., тов. Эйхенгольц Марк Давидович — представитель Комиссариата Народного Просвещения, тов. Ворснец Максимилиан Эммануилович — представитель Исторического музея. Президиум Совета Р. С. и К.Д. просит Волостной Порецкий совет оказать командированным всяческое содействие…»4.

М. Д. Эйхенгольц — позже солидный ученый, крупный специалист по западноевропейской литературе, издательский работник. М. Э. Воронец — ученый и музейный работник. О К. А. Виноградове хотелось бы сказать подробнее. Он — популярный писатель, автор книг «Стендаль», «Три цвета времени», «Осуждение Паганини», «Черный консул», «Байрон», «Повесть о братьях Тургеневых», «Бальзак и его время», «Жорж Санд» и других. Но мало кому известно, что в 1918—1920 годах он принимал активное участие в сохранении историко-художественных, библиотечных и архивных богатств страны. Его заслуга в становлении и развитии музейного и библиотечного дела в России огромны, но не исследованы и по достоинству не оценены. Об этом нет не то что книги — нет специальной статьи, Вообще сведения о его жизни и творчестве крайне скудны.

… Конечно, национализация частных художественных и библиотечных собраний, фамильных архивов была актом ужасным и несправедливым, нарушением основных прав человека. Хуже того — несвоевременным и абсолютно неподготовленным, поэтому обречена на огромные, невосполнимые потери. В тех условиях, в тот трагический, переломный в истории России момент, можно было отойти в сторону и со злорадством, возмущением или болью наблюдать, как по воле большевиков гибнет национальное культурное достояние. Был такой призыв, четко выраженный в письме А. Н. Бенуа — И. Э. Грабарю. Но, по моему глубокому убеждению, более достойным оказалась позиция той части русской интеллигенции, которая самоотверженно, не за страх, а за совесть, с чувством личной ответственности, понимая, что никто кроме них этого не сделает, кинулась на спасение и сохранение культурных ценностей, подчас рискуя даже жизнью. Многие из них, мягко говоря, весьма не симпатизировали новой Советской власти (позже часть их эмигрировала за границу, многие другие были репрессированы, погибли в сталинских лагерях). Но тогда они работали не на большевиков, а на вечную Россию и ее культуру. И это можно назвать подвигом русской интеллигенции. Среди самоотверженных людей, коим отечественная культура обязана своим сохранением, был и А. К. Виноградов.




1. ЦГАОР. Фонд 410. Оп. 1. Е.х. 2.

2 Там же. Оп. 2. Е.х. 2.

3 Там же. Фонд 7254. Оп. 1. Е.х. 2. Л. 42.

4 ЦГАЛИ. Фонд 1303. Оп. 1. Е.х. 7.


← Назад | Вперед →