Вверх

Э. К. Гусева. Об иконе Богоматери Одигитрии начала XV в. из Рождественского собора в Муроме


В собрании Государственной Третьяковской Галереи хранится замечательная икона Богоматери с Младенцем, являющаяся одним из лучших списков древнего иконографического типа Одигитрии, на Руси получившего название Смоленской1. Икона вывезена в 1935 г. экспедицией И. Э. Грабаря из муромского Рождественского собора, где она стояла в местном ряду иконостаса и была одной из самых почитаемых святынь.

В 1935−36 гг. памятник был раскрыт от записи реставратором галереи И. И. Сусловым и сразу привлек к себе внимание. Так, И. Э. Грабарь, заинтересовавшись иконой еще в Муроме, в дальнейшем неоднократно к ней обращался. Он полагал, что икона может быть копией известной по письменным источникам «Муромской Богоматери», принесенной в XII в. князем Константином из Киева в Муром, а в 1294 г. перенесенной в Рязань. По его мнению, стиль памятника близок живописи Феофана Грека (деисус Благовещенского собора в Московском Кремле и икона Богоматери Донской2). В. Н. Лазарев, датируя памятник началом XV в., включил его в круг живописи среднерусских княжеств, видимо, опираясь на муромское происхождение3. В. И. Антонова отнесла икону к первой четверти XV в., считая ее произведением московской школы4.

Более пристальное изучение иконы в процессе подготовки выставки и каталога к XVIII Международному конгрессу византинистов в Москве в 1991 г. и сопоставление ее с византийскими памятниками позволили уточнить атрибуцию и датировку, определив как возможное произведение греческого мастера, видимо, написанное в Москве в начале XV в.5

В свете этих наблюдений и анализа как иконографического типа, так и особенностей образно-эмоционального плана, можно заключить, что икона из Мурома - чрезвычайно точный список того типа Одигитрии, который восходит к византийским древним образцам и почитался на Руси с домонгольского времени6.

Типы ликов: правильного удлиненного овала и строго-торжественного выражения у Богоматери и «взрослой» определенности у Младенца - могут быть соотнесены только с греческими иконами конца XIV - начала XV вв.: Богоматерь Пименовская, Одигитрия из церкви Успения на Апухтинке в Москве, отчасти - Одигитрия из собрания Севастьянова (все в ГТГ), Одигитрия с евангельскими сценами из Византийского Музея в Афинах.

Особенность письма муромской иконы также сопоставима с греческими произведениями. Лики написаны тонкой многослойной плавью по зеленоватому санкирю золотистой охрой; подрумянка холодноватого характерного тона, яркие кинонарные уста и описи носов схожи с решением в ликах Богоматери Донской (ГТГ), как и штриховая белильная моделировка, но менее виртуозная по исполнению. Аналогичны решениям в греческой живописи крупный рисунок золотого ассиста в одежде Младенца и на кайме мафория Богоматери, синий с голубым тон чепца и зарукавья и более разбеленный тон свитка, как и характерный лессировочный лилово-белильный легкий приплеск по темно-вишневому тону одежды Богоматери.

На золотом фоне по сторонам нимба Богоматери греческие киноварные надписи: традиционные монограммы МР ОУ и ниже: НОДIГИТРIА; над нимбом Младенца крупные монограммы IС ХС; на нимбе фрагменты киноварного перекрестия с традиционными литерами. По заключению Б. Л. Фонкича, надписи оригинальные, не скопированные; начертания букв, лигатуры, знаки ударения и придыхания позволяют считать, что это рука грека или мастера, хорошо знающего греческий язык7.

Некоторые особенности доски (глубокий ковчег, почти прямая широкая лузга) также указывают на греческую принадлежность.

Памятник хорошо вписывается в группу московских икон рубежа ХIV-XV вв., привозных или исполненных кем-то из учеников Феофана Грека или мастером его артели, работы которой точно датируются источниками: 1399 - Архангельский собор, 1405 - Благовещенский; около 1403 г. было создано знаменитое «Преображение» из Спасо-Преображенского собора в Переяславле-Залесском, великокняжеской вотчины.

Муромская икона принадлежит наиболее характерному греческому типу Одигитрии, который широко бытовал в Византии и на Балканах вплоть до позднейшего времени. Отмечая древность этого извода, находили возможным считать, что это был именно тот тип Богоматери Одигитрии, который создал, по преданию, евангелист Лука, что и отразилось, например, на иконе из Реклинхаузена, относимой к критской живописи XVI в., где апостол изображен за написанием иконы.

На Русь древнейшая икона Одигитрии была привезена в 1046 г. греческой царевной Анной, дочерью императора Константина Порфирородного, выданной замуж за черниговского князя Всеволода Ярославича. По наследству икона перешла к его сыну Владимиру Мономаху, который перенес святыню в Смоленск в кафедральный Успенский собор. Образ прославился в 1237 г. при нашествии Батыева войска («Повесть о Меркурии Смоленском»). Подвиг воина Меркурия, спасшего город от врагов по призыву и под покровительством Одигитрии, издавна почитаемой в Византии как воинский палладиум, увековечил и на Руси прославление этого образа как национальной святыни-заступницы.

Ранние изображения Одигитрии известны и Киеве, Рязани, Новгороде, Пскове, Ярославле.

С конца XVI в. иконы Одигитрии широко распространяются в Московском княжестве, и образ становится, наряду с иконой Владимирской Богоматери, государственной святыней, подобно тому, как почиталась Влахернская икона, покровительница Византийского государства, Константинополя и императорского дома. Два списка с этой иконы привез в 1381 г. архиепископ Дионисий Суздальский, поместив один в суздальский Рождественский собор, другой — в нижегородский Спасский.

Еще один список греческого письма стоял в кремлевском женском Вознесенском монастыре, основанном в 1407 г. вдовой Димитрия Донского княгиней Евдокией, духовной дочерью архиепископа Дионисия. «В ту меру сделана, я коже в Цареграде Чюдная», — говорится об этой иконе Одигитрии.

Образ пострадал в пожар 1482 г. и был поновлен знаменитым московским живописцем Дионисием; икона дошла до наших дней (собрание ГТГ)9. Считается, что иконописец в точности сохранил древнюю иконографию: «в ту же меру, в тот же образ», как говорится в Воскресенской летописи. Если это так, то икона Вознесенского монастыря — еще один образец константинопольской иконографии Одигитрии, сходный в общих чертах с муромской иконой.

Важной вехой в истории почитания Одигитрии являются события 1456 г. Запись о них в Московском летописном своде имеет заголовок: «О Пречистой Смоленской». Это одно из первых упоминаний эпитета Одигитрии, широко почитаемой в это время. «Прииде ис Смоленска на Москву владыко Смоленский Мисаило… бити челом, … чтобы отпустить икону пресвятые Богородице ея же пленом взял Юрга» (воевода-литовец, перешедший на сторону Москвы).

Плененная икона находилась в Москве с 1430 г. и стояла в Благовещенском домовом княжеском храме. Находились в Москве и другие иконы того же «смоленского плена», … «златом же и камением украшены».

Великий князь Василий II и митрополит Иона устраивают празднество по случаю передачи иконы смолянам и торжественно провожают святыню крестным ходом до Дорогомилова. Одна же из смоленских икон Богоматери остается «на память» в Благовещенском соборе и перед нею повелевается «всяк день молебен Пети», а на место отправленной главной святыни ставится вновь написанная икона по мере с древней.

Эти события середины XV в. способствовали широкому почитанию Смоленской Одигитрии. Только в Троице-Сергиевом монастыре за небольшой отрезок времени появляется несколько икон Смоленской Одигитрии. Это образ 1469 г. из камня на фасаде поварни, построенной Ермолиным, и хорошо известные три иконы круга Дионисия: одна вкладная, в византийском окладе, сходном с окладом Смоленской из Благовещенского собора, другая в русском серебряном басменном уборе, с Троицей на верхнем поле и избранными святыми по сторонам и внизу; к ним примыкает близкая по иконографии и стилю храмовая икона в местном ряду слева от Царских врат. Создавшиеся в Москве памятники продолжают следовать единой иконографической традиции.

В 1523 году в память взятия «своей отчины Смоленска», захваченного Литвой, на окраине Москвы основывается Новодевичий Монастырь с главным храмом в честь Смоленской Одигитрии. 28 июля 1525 года из Благовещенского собора сюда торжественно переносится древний список со Смоленской святыни времени Василия Темного. Несение иконы из Кремля положило начало крестных ходов «к Пречистой в Новодевичий», что отразилось в названии улицы Пречистенка.

Особенностью московских икон Одигитрии является иконографическая четкость в следовании определенной константинопольской традиции. Именно к ней восходит муромская икона. Возможно, в дальнейшем удастся уточнить обстоятельства и время появления иконы в Муроме как вкладной в Рождественский кафедральный собор.

В.И. Антонова полагала, что икона находилась там еще в 1446 году, когда во время феодальной войны дети Василия Темного передавались после молебна у образа Пречистой с пелены на омофор опекавшего их епископа Ионы10. Но в летописном сообщении не уточняется, что это была за икона. Не располагаем мы и косвенными данными о существовании в это время в соборе Одигитрии греческого письма.

В учетных документах XVII века говорится, что это был вклад царя Ивана Грозного в связи с Казанской победой 1551 года, когда по его обету был заново отстроен в камне Рождественский собор и украшен иконами и драгоценной утварью11. Именно икона Богоматери Одигитрии, государственной и воинской покровительницы, как бы идеально подходила для этого случая. В такие походы, как Казанский в 1551 году, обычно брали чтимые святыни из разных мест — об этом известно и из «Повести о казанском взятии» и из летописных источников. Царю Ивану Грозному вообще было свойственно перемещать святыни согласно своим личным соображениям: перевоз в Кремль, выгоревший в пожар 1547 года наиболее чтимых икон из древних русских городов, перенос в Благовещенский собор феофановского Деисуса и иконы Донской Богоматери из Успенского Собора в Коломне, перевоз новгородских древностей, икон из Смоленска.

Вероятно, вклад Смоленской Одигитрии в отстроенный обетный Рождественский собор и был такой благодарственной акцией. Это мнение наиболее устойчиво и в историко-краеведческой литературе дореволюционного времени со ссылками на более ранние источники. Известно, что икона в местном ряду стояла на самом почетном месте для богородичных икон — слева от Царских врат и была обрамлена клеймами акафиста, что является древней традицией, особенно по отношению к иконам Одигитрии. О муромской Смоленской Одигитрии сохранились свидетельства как о самой чтимой городской святыне — ее носили в крестные ходы, и подобно Иверской, в дома жителей города. На обороте иконы сохранилось изображение Голгофского процветшего креста - как на наиболее почитаемых выносных иконах: Одигитрии 1482 года и Одигитрии из церкви на Апухтинке.

Хочется надеяться, что дальнейшее изучение письменных источников прояснит историю этого редчайшего раннего памятника греческого письма и обстоятельства его вклада в муромский Рождественский собор.




1 Инв. 30 532; 87×57 см. доска липовая из двух частей, ковчег глубокий, паволока; верхнее поле накладное, две односторонние шпонки.

2 Грабарь Н. Э. О древнерусском искусстве. М., 1966. С. 108, 240, 241.

3 Лазарев В. Н. История русского искусства. М., 1955. Т. 3. С. 18.

4 Юбилейная выставка к 600-летию Андрея Рублева. Каталог. М. 1960. No 73. Рис. 19; В. И. Антонова, Н. Е. Мнева. Каталог древнерусской живописи. М., 1963. Т. I. No 249.

5 Византия. Балканы. Русь. Иконы XIII-XV веков. Каталог выставки к XVIII конгрессу византинистов. М., 1991. С. 252. No 89 (Э. Гусева). Цветная иллюстрация No 89.

6 Гусева Э. К. О ранних изображениях Одигитрии в искусство древней Руси. // Русское искусство XI-XIIIвеков. М., 1986. С. 12−30.

7 Благодарю Б. Л. Фонкича за обстоятельную консультацию.

9 Гусева Э. К. Об иконе Одигитрии 1482 года и ее значении в творчестве Дионисия // Памятники культуры. Новые открытия. Ежегодник. 1982. Л., 1984. С. 233−247.

10 ПСРЛ. М.-Л., 1949. Т. 25. С. 266.

11 Опись города Мурома 1637 года Бартенева, опубликована К. Тихононравовым: Владимирский сборник (Материалы для статистики, этнографии, истории и археологии Владимирской губернии. М., 1857. С. 140- 160). Писцовая книга города Мурома — там же; Опись 1678 года: Дополнения к актам историческим, изд. Археографической комиссии. Т. IX. С. 221−222; см. также более позднее упоминание об иконе: Свящ. Л.Белоцветов. Муромский Богородицкий собор. Муром, 1907. С. 8−9.


← Назад | Вперед →