Вверх

Ершов В. Е. Характеристика и территория Замотренского стана Муромского уезда по состоянию на первую треть XVII века


Продолжая характеризовать и составлять атлас-схему Муромского уезда на первую треть XVII века, я обратился к землям Замотренского стана уезда, территория которого на момент составления плана генерального межевания конца XVIII века уже не входила в состав Муромского уезда.


Для определения территории этого стана и его характеристики мною были использованы следующие источники:


— писцовая книга поместных и вотчинных земель в станах Муромского уезда 1629, 1630 годов, составленная Яковом Котловским и подьячим Романом Прокофьевым1;


— список с переписной книги дворов и в них людей города и посада, поместных и вотчинных сел, деревень и дворов в станах Муромского уезда 1646 года, составленный Яковом Петровичем Вельяминовым и подьячим Федором Андреевым2;


- дозорная книга вотчины Троице-Сергиева монастыря в станах уезда 1616 года, составленная Айдаром Степановичем Дурасовым и подьячим Михаилом Толпыгиным3;


— описание, в виде атласа, смежных уездов Владимирской губернии 1778−97 годов4;


— отказные и межевые книги по Муромскому уезду 1629−1650 годов5;


— карты Владимирской губернии и карты Владимирской области.


В ходе исследований при определении территории Унженского стана возникли те же трудности, что и ранее:


— не удалось установить местонахождение более одной третьей части поселений, упоминаемых в источниках;


— есть предположение, что некоторые поселения на момент описи располагались на других территориях, отличных от территорий современных одноименных поселений;


— отсутствие информации о государевых дворцовых землях, находящихся в пределах территории данного стана.


Характеристика вотчинных землевладений


Впервые упоминание Замотренского стана Муромского уезда встречается в духовной грамоте Василия Матвеевича Иватина, составленной в 1455 году6. По ней он дал своему сыну Василию в этом стане в вотчину село Замотренское. В конце XV века на территории стана также имелись вотчинные землевладения Ефима и Матвея Афанасьевых детей Колянова7. Согласно источникам, в XVI веке родовую вотчину в Замотренском стане имел Микита Яковлевич сын Хвостова. В 1567 году по его духовной грамоте она была поделена между его сыновьями Баженом, Богданом и Иваном8. В то же время старинными родовыми вотчинными землевладениями здесь владели Григорий Петров сын Черткова9, Татьяна вдова Богданова жена Голохвостова и ее сын Василий10, Андрей Афанасьев сын Молвянинова11. В дальнейшем большая часть родовых вотчинных землевладений перешла наследникам, но некоторые земли на протяжении XVI-XVII веков были проданы другим муромцам. Еще в конце XV века вышеупомянутые Ефим и Матвей Афанасьевы дети Колянова продали Василию Васильевичу сыну Елизарова принадлежавшую им деревню Колянова с пустошами12, а Яков Неклюдов сын Языкова продал сельцо Чертково Федору Матвееву сыну Елизарову13. Позднее, в 1619 году, Михаил Григорьев сын Елизарова купил у Андрея Семенова и Бориса Матвеева детей Городчикова деревню Ломки14. Примечательно то, что покупателями земель являлись представители древнего муромского рода, занимающего высокое место в служилом городе Мурома. Этими землями они пополнили и до того значительные землевладения рода на территории Муромского уезда. Всего в начале XVII века в Замотренском стане сохранились 5 родовых и купленных вотчин, состоящих из сельца, 3 деревень и 13 пустошей, в которых стояли 2 двора вотчинников, двор приказчиков, 2 двора людских, 27 дворов крестьянских 17 дворов бобыльских15.


В начале XVII века на территории стана появляются вылуженные вотчины, которые царь Михаил Федорович давал служилым людям и детям боярским «за осадное сидение в королевичев приход». Всего тогда было пожаловано 4 вотчины — боярину князю Ивану Никитичу меньшому Одоевскому16, Миколаю Микитину сыну Новокшенова17, Михаилу Григорьеву сыну Елизарова18 и Андрею Андрееву сыну Микулина19. В конце 20-х годов XVII века вотчина боярина князя Ивана Никитича меньшого Одоевского числилась уже за его племянником стольником князем Никитою Ивановичем Одоевским20, а вотчина Андрея Андреева сына Микулина за его сыном Львом21. Всего в Замотренском стане в выслуженных вотчинах значились 3 погоста, сельцо, 22 деревни, починок, 5 пустошей и пустошь припущена в пашни. В погостах, сельце и деревнях стояли 9 дворов поповых, 4 двора пономаря, 4 двора просвирнициных, 23 двора церковных бобылей, 11 клей нищих, 4 двора вотчинников, двор приказчиков, 138 дворов крестьянских и 81 двор бобыльский22.


Во второй половине XVI века на территории стана образуются монастырские вотчины. Основной формой приобретения монастырями земель были «вклады» частных лиц своих земель в помин о родителях, детях23 или как обеспечение пострига, похорон по смерти вкладчика24. Еще в 70-х годах XVI века в Троице-Сергиев монастырь сделали вклады Матрена жена Никитина сына Хвостова и ее дочь Мавра25, Арина жена Второва и ее дети Матвей и Роман26, Михаил сын Владыница по приказу шурина Василия Богданова сына Владыница27, Нелюба Михайлов сын Секерина по приказу шурина Василия Богданова сына Владыница28, Иван Матвеев сын Горянкова29. В конце XVI века одной из форм приобретения монастырем земель становится покупка. Например, Алексей Онтифьев сын Телятьева с женой Маврой Ивановной дочерью Хвостова дали в монастырь свои вотчинные деревни с пустошами, за что получили из троицкой казны 50 рублей сдачи30. В первой трети XVII века Троице-Сергиев монастырь становится крупнейшим землевладельцем. Всего в монастырской вотчине в Замотренском стане было 22 деревни, 7 пустошей и 4 пустоши припущены в пашне. В них стояли двор монастырский, 3 двора детенышей монастырских, 66 дворов крестьянских и 50 дворов бобыльских. 20 дворов были пустыми. Пашни паханные монастырские середние земли 15 четвертей31, крестьянские пашни 421 четверть, пашни паханные наездом 23 четверти, перелогу 300 четвертей и лесом поросло 394 четверти в трех полях32.


В начале XVII века на территории Замотренского стана Муромского уезда имели землевладения и другие монастыри. Еще ранее в 1570 году Иван Терентьев сын Осорьина по духовной грамоте Петра Матвеевича сына Своробоярского дал в вотчину Борисоглебского монастыря деревню Полянка33. Чуть позднее, в 1574 году, Федор Константинов сын Своробоярского отдал тому же монастырю деревню Раменское с пустошью34. В конце 70-х годов XVI века Василий Андреев сын Шильникова, по приказу Федор Константинов сын Своробоярского, дал в Борисоглебский монастырь 2 пустоши с озерками35. Всего на первую треть XVII века в вотчине Борисоглебского монастыря в Замотренском стане были деревня и 3 пустоши. В деревне стояли 2 крестьянских двора и один бобыльский двор36. В то же время в вотчине Спасского монастыря, что в Муроме на посаде, числилась пустошь и пожалованные в 1607 году царем Василием Ивановичем озера37; за Спасским Суздальским монастырем значилась одна пустошь38. Итого к концу 20-х годов XVII века в Замотренском стане Муромского уезда в монастырских вотчинах было 23 деревни, 12 пустошей и 4 пустоши припущены в пашню. В них стояли монастырский двор, 3 двора монастырских детенышей, 68 крестьянских и 51 бобыльский двор39. Обобщив сказанное, получим, что в Замотренском стане в тринадцати вотчинных землевладениях числилось 3 погоста, 2 сельца, 50 деревень, 39 пустошей, починок и 5 пустошей, припущенных в пашню.


Крупнейшая среди них была вотчина живоначальной Троицы Сергиева монастыря, состоявшая из 22 деревень, 7 пустошей и 4 пустошей, припущенных в пашню. В этих деревнях стояли двор монастырский, 3 двора детенышей, 66 дворов крестьянских, 50 дворов бобыльских и 20 дворов пустых40, а также вотчина стольника князя Никиты Ивановича Одоевского в составе 3 погостов, 17 деревень и 3 пустошей. В деревнях насчитывалось 117 крестьянских, 66 бобыльских дворов, 3 двора вдов, 15 дворов беспашенных бобылей и 2 двора пустых41.


Крупнейшим вотчинными поселениями были: сельцо Чертково, в котором кроме дворов вотчинника и приказчика, стояли еще людской, 14 крестьянских и 12 бобыльских дворов42; деревня Тараново, в которой было 21 крестьянский и 9 бобыльских дворов43.


Особенностью землеустройства территории Замотренского стана в конце 20-х годов XVII века было отсутствие в отдельных поселениях одновременно с частными вотчинных монастырских владений.


Характеристика поместных землевладений


В конце XVI — начале XVII века на территории Замотренского стана находились поместья служилых людей и детей боярских Андрея Андреева сына Микулина, Федора Олеутьева сына Мешкова Плещеева, Ивана Яковлева сына Репьева, Василия Ильина сына Ананьина, Павла Михайлова сына Бологовского, Петра Арапова, Лукьяна Евдокимова, Матвея Шапилова, Якова Мунилина, Федора Исакова и прочих.


В ходе исследования Писцовой книги земель станов Муромского уезда, отказных, межевых и отделенных книг 20-х годов XVII века устанавливаем, что часть поместий в стане осталось за прежними владельцами, например деревня Перелог, являющаяся поместным владением Павла Михайлова сына Бологовского44. Некоторые дети боярские (8 человек) получили старые поместья отцов или братьев. Например, деревня Высютино дана Невеже Яковлеву сыну Репьева из поместья его брата Ивана45; Ивану Иванову сыну Кравкова дано старое поместье его отца деревня Мясникова46; Сергей и Яким Якимовы дети Юматова получили старое поместье их отца деревню Овчинкино47; Андрею Федорову сыну Сикирина перешло поместье его отца деревня Золотово48; деревня Можайкино, ранее бывшая за Иваном Петровым сыном Секериным, была отказана его брату Михаилу49, а поместье Григория Василисова в деревни Ломок — его сыну Андрею50.


Другие поместные земли были приобретены в результате мены. В 1629 году Лев Андреев сын Микулина выменял у Федора Олябьева сына Мешкова Плещеева жеребий села Гришина51; в результате той мены за стольником Федором Олябьевым сыном Мешкова Плещеева в поместье оказалось половина деревни Радково52. Петр Ильин сын Ананьина выменял у брата своего у Василия пустошь, что была деревня Овражья53. Значительная часть земель, отказанных новым землевладельцам в начале XVII века, перешла к ним от не родственных им детей боярских, очевидно, по каким-либо причинам вышедших со службы. Например, стремянному конюху Петру Микитину сыну Микифорову дана половина сельца Росстригина, что раньше была в поместье за Матвеем Шапиловым54; сельцо Заозерное, бывшее в поместье за Офонасием Шилниковым, перешло Борису Измаилову сыну Ворыпаеву55; Климу Иванову сыну Ананьина Ковардицкого было отказано полдеревни Сажицы, что наперед того было за Марком Макаровым56; сельцо, что была пустошь Свято, бывшее в поместье за Мирославом Зязиним, перешло к Ивану Юрьеву сыну Осорьина57. В то же время из поместья Яковлева Мунилина половина деревни Першино была отказана недорослю Понтелею Микитину сыном Чиркова с матерью вдовою Настасьею58, а поместное сельцо Курбатово перешло от Карпа Навалкина Ивану Васильеву сыну Безобразова59.


На примере Замотренского стана наблюдаем отказ примерных земель. Так, Лев Микулин сверх его поместных дач получил еще примерные земли в деревни Кожина60, а Михаилу Петрову сыну Секерина сверх его дачи были отказаны примерные земли в деревне Малое Бекетово61. Как правило, эти земли на момент отказа новым землевладельцам были «выморощенными», те есть свободными. В начале XVII века, в соответствии с общепринятой на Руси практикой, в Замотренском стане часть вотчинных землевладений переводится в разряд поместных земель. Например, пустошь Михалкова, ранее входящая в состав вотчины Аграфены Аминевой, в 1609 году была отказана в поместье Алексею Григорьеву сыну Чиркова62. Часть же земель переходила к новому землевладельцу за вотчинной дачей. Таким образом Михаилу Григорьеву сыну Елизарова перешла деревня Ильинская63, а Николаю Микитову сыну Новокшенова — пустошь Фоминская64.


В период с1610 года по1629 год на территории Замотенского стана в поместья были отказаны земли двум стольникам, конюшему, пяти дворянам, одному жильцу, шестнадцати муромцам, одному неслужилому, шести иногородним детям боярским и вдове. К концу 20-х годов XVII века в Замотренском стане находилось 34 поместных землевладения. Крупнейшими поместными землевладениями в стане были:


- поместье Ивана Иванова сына Кравкова, состоящее из 2 деревень и 4 пустошей, в которых стояли 2 двора помещиков, двор приказчика, двор людской, 3 двора крестьянских и 2 двора бобыльских65;


- поместье Андрея Федорова сына Сикирина, также состоящее из 2 деревень и 4 пустошей; в деревнях находились двор помещика, двор приказчика, двор людской, 2 двора крестьянских и двор бобыльский66.


Крупнейшими поместными поселениями были: сельцо Свято, а в нем двор помещика, 2 крестьянских и 2 бобыльских двора67; сельцо Курбатово, в нем также двор помещика, 2 крестьянских и 2 бобыльских двора68.


При этом в стане выявлены совместные землевладения помещиков на территории одного и того же села. Так, различные участки села Гришино были в вотчине за Львом Андреевым сыном Микулина, в поместьях за стольником Богданом Ивановым сыном Бельским и за Львом Андреевым сыном Микулиным. Всего в селе стоял один двор вотчинника, двор приказчика, 16 крестьянских и 11 бобыльских дворов69. В конце 20-х годов XVII века в Замотренском стане в поместьях значилось: 2 сельца, 40 деревень, 93 пустоши, селище и селище, припущенное в пашню, в которых стояли 9 дворов помещиков, 3 двора приказчиков, 10 дворов людских, 42 двора крестьянских и 28 дворов бобыльских70.


Обобщив сказанное ранее, получаем, что всего в конце 20-х годов XVII века в стане в поместьях и вотчинах было 3 погоста, 4 сельца, селище, 90 деревень, 132 пустоши, и селище, припущенное в пашню. По сравнению с вотчинами, история поместий значительно богаче. Правда, частая смена владельцев сказалась на состоянии землевладений, как мы увидим далее, не в лучшую сторону. По количеству поселений в землевладениях поместья ненамного уступали вотчинам. Для сравнения: 42 поместных поселения против 52 вотчинных. Но при этом количество крестьянских и бобыльских дворов в поместных и вотчинных землевладениях было неравным. В поместьях находилось всего 42 крестьянских и 28 бобыльских дворов, в вотчинах же стояло 233 крестьянских и 149 бобыльских дворов, то есть почти в пять раз больше, хотя по количеству пустошей в них поместья значительно превосходили вотчины. Около 75% пустошей находилась в поместных землевладениях.


Всего в первой трети XVII века в Замотренском стане в поместьях числилось: пашни паханные середние земли 407 четверти, наезжие земли 1030 четвертей, перелогу 1484 четверти, лесом поросло 1763 четверти, доброй земли с наддачею 3748 четвертей, пашни наездом середние земли без наддачи 75 четвертей, перелогу 85 четвертей, лесом поросло 129 четвертей, пашни паханные худые земли 40 четвертей и наезжие пашни 57 четвертей, перелогу 50 четвертей, лесом поросло 93 четверти, доброю землею с наддачею 150 четвертей в трех полях71. Для сравнения: в то же время в выслуженных и старинных вотчинах — пашни паханные середние, худые земли, перелогу, лесом поросло и доброю земли с наддачею 1692 четверти в трех полях72. За монастырями в вотчине числились пашни паханные монастырские середние земли 2 четверти, крестьянские пашни 429 четвертей, пашни паханные наездом 23 четверти, перелогу 300 четвертей и лесом поросло 406 четвертей, пашни паханные худые земли 10 четвертей, наезжие пашни 20 четвертей, перелогу 48 четвертей и лесом поросло 49 четверти в трех полях73. Даже быстрый количественный анализ выявляет, что в поместных землевладениях земель было больше. Они составляли почти что 60% всех земель в стане (4217 четей против 2980). Качественный анализ земель монастырских вотчин и земель помещиков указывает на то, что соотношение пашни паханной с перелогом и лесом поросшей пашни в вотчинах составляло приблизительно 1 к 1,8, а в поместьях 1 к 2,8. То есть на лицо преобладание в вотчинных землевладениях земель, используемых под пашню. По количеству худых земель, составляющих менее чем 9% от общих площадей, вотчинные и поместные землевладения значительно не отличались. В ходе описи земель в 1628—1630 годов в Замотренском стане было выявлено незначительное их количество, а именно: пашни паханные наездом перелогу и лесом поросло середние и худые 115 четвертей, порожних земель, т. е. не имеющих на момент описи хозяев74. Судьбу этих земель должны были решить вскоре после описи.


Территория стана


Свое название Замотренский стан получил по названию реки Мотры, являющейся левым притоком реки Оки. Река Мотра, протекая с запада на восток по территории Муромского края, в двадцати километрах севернее Мурома впадает в реку Оку. Северная часть территории Муромского уезда, располагающаяся за рекой Мотрой, в первой трети XVII века входила в состав Замотренского стана. Соответственно, с юга стан ограничивался рекой Мотрой. Восточная его граница проходила по реке Оке, за исключением небольшого участка севернее Полеской, где на левом берегу Оки находились земли Дубровского стана Муромского уезда. На севере стан ограничивала река Суровощь, за исключением некоторых землевладений, располагающихся за этой рекой в районе деревни Дуброво. Западная граница проходила по линии, образованной деревней Курковой на изгибе реки Мотры, истоком реки Мотры, деревни Рытова на речке Важенке, деревни Федорово на реке Суворощи. В первой трети XVII века стан граничил на западе с Суздальским уездом, на севере — с Гороховецким, на востоке — со Стародубским станом, на юге и юго-востоке — с Дубровским станом Муромского уезда. На атласе-карте межевания конца XVIII века большая часть территории Замотенского стана, за исключением верховий реки Мотры, уже является частью Гороховецкого уезда75. Очевидно, эти земли были включены в состав Гороховецкого уезда еще в начале XVIII века в ходе областной реформы, проводимой в России царем Петром Алексеевичем. Позднее в состав Вязниковского уезда вошли прежние земли Замотренского стана, располагающиеся в верховьях реки Мотра.




1 РГАДА. — Ф. 1209. — Оп. 1. — Д. 1632.


2 Там же. — Д. 1629.


3 Там же. — Д. 1630.


4 План дач Генерального и Специального межевания. 1769−1915 гг. // Там же. — Ф. 1354. — Оп. 47.2.1.


5 Отказные, межевые… книги по Муромскому уезду 1629−1650 гг. // Там же. - Ф. 1209. — Оп. 2. — Д. 11 845.


6 Акты социально-экономической истории Северо-Восточной Руси. Конца 14-начала 16 века. — М., 1952. — Т. 1. — С. 803. — № 253.


7 РГАДА. — Ф. 1209. — Оп. 1. — Д. 1632. — Л. 853.


8 Материалы по Владимиру, Мурому, Суздалю // Обзор грамот коллегии экономии / Сост. Л. И. Шохин. — М., 2002. —  Вып. 5. — № 182.


9 РГАДА. — Ф. 1209. — Оп. 1. — Д. 1632. — Л. 856.


10 Там же. — Л. 859.


11 Там же. — Л. 862.


12 Там же. — Л. 853.


13 Там же. — Л. 851.


14 Там же. — Л. 855.


15 Там же. — Л. 864.


16 Там же. — Л. 796.


17 Там же. — Л. 834.


18 Там же. — Л. 844.


19 Выдержки из дел Поместного и Сыскного приказов о поместьях и вотчинах Андрея Андреева сына Микулина и его сына Льва в Старицком и Муромском уездах // Там же. — Ф. 1209. Столбцы по Мурому. — № 103.35 995. — Л. 23, 24, 25−29, 73. — № 518.


20 РГАДА. — Ф. 1209. — Оп. 1. — Д. 1632. — Л. 796.


21 Там же. — Л. 835.


22 Там же. — Л. 849.


23 Там же. — Ф. 281. — Оп. 1. — Д. 7780. — Л. 99.


24 Там же. — Л. 24.


25 Там же. — Ф. 1209. — Оп. 1. — Д. 1632. — Л. 883.


26 Там же. — Ф. 281. — Оп. 1. — Д. 7762. — Л. 100.


27 Там же. — Ф. 1209. — Оп. 1. — Д. 1629. — Л. 1085.


28 Там же. — Ф. 281. — Оп. 1. — Д. 7764. — Л. 96.


29 Там же. — Ф. 1209. — Оп. 1. — Д. 1632. — Л. 868.


30 Там же. — Ф. 281. — Оп. 1. — Д. 7789.


31 Мера площади, соизмеримая с 0,56 гектара.


32 РГАДА. — Ф. 1209. — Оп. 1. — Д. 1632. — Л. 884.


33 Там же. — Ф. 281. — Оп. 1. — Д. 7794. — № 62.


34 Выписи из дозорных книг 1611−1612 гг. Семена Ивановича Чемоданова и подьячего Григория Семенова на вотчины Борисоглебского монастыря в Муромском уезде // РГИА. — Ф. 834. — Оп. 3. — Д. 1917. — Л. 168об., 169 об., 170, 172об.


35 РГАДА. — Ф. 281. — Оп. 1. — Д. 7784. — № 52.


36 Там же. — Ф. 1209. — Оп. 1. — Д. 1632. — Л. 886.


37 Там же. — Л. 887−888.


38 Там же. — Л. 889.


39 Там же. — Л. 890.


40 Там же. — Л. 865.


41 Там же. — Л. 814.


42 Там же. — Л. 854.


43 Там же. — Л. 804.


44 Там же. — Л. 728.


45 Там же. — Л. 731.


46 Там же. — Л. 748.


47 Там же. — Л. 788.


48 Там же. — Л. 752.


49 Там же. — Л. 757.


50 Там же. — Л. 774.


51 Там же. — Л. 691.


52 Там же. — Л. 701.


53 Там же. — Л. 781.


54 Там же. — Л. 711.


55 Там же. — Л. 736.


56 Там же. — Л. 764.


57 Там же. — Л. 705.


58 Там же. — Л. 725.


59 Там же. — Л. 740.


60 Там же. — Л. 694.


61 Там же. — Л. 763.


62 Там же. — Л. 727.


63 Там же. — Л. 709.


64 Там же. — Л. 793.


65 Там же. — Л. 751.


66 Там же. — Л. 755.


67 Там же. — Л. 705.


68 Там же. — Л. 740.


69 Там же. — Л. 690, 695, 703.


70 Там же. — Л. 794.


71 Там же. — Л. 794−795.


72 Там же. — Л. 849−850, 864.


73 Там же. — Л. 884, 887, 888, 889.


74 Там же. — Л. 894.


75 План дач Генерального и Специального межевания. 1769−1915 гг. // Там же. — Ф. 1354. — Оп. 47.2.1.


← Назад | Вперед →