Вверх

Я. Л. Шаболдин. Материалы к истории строительства Троицкого Островоезерского монастыря в XVII веке


История возникновения и строительства утраченного ныне ансамбля Троицкого Островоезерского монастыря являет собой яркую страницу Нижегородского культового зодчества XVII в. Эта обитель была выстроена на одном из островов Ворсменского озера близ села Ворсмы Горбатовского уезда.1 Простояв около трехсот лет, монастырь прекратил свое существование в тридцатые годы нашего века, а в пятидесятые были полностью разобраны монастырская ограда и два каменных храма, Троицкий и Казанский.2 Теперь о бывшем некогда на острове монастыре напоминают только руины братского корпуса и надвратной церкви Михаила Малеина.

В 1995 г. территория острова получила статус земель историко-культурного назначения со специальным режимом их содержания, тем самым остатки монастырских построек и сам остров были взяты под охрану государства.3

До последнего времени Троицкий Островоезерский монастырь не привлекал к себе внимания современных исследователей русской архитектуры. Несколько публикаций лишь косвенно связаны с историей строительства монастыря. Все они посвящены личности зодчего Павла Потехина и его подрядной записи на строительство каменных зданий монастыря, относящейся к 1688 г.4

История основания Островоезерского монастыря и строительства в нем храмов отражена в дореволюционной церковно-исторической литературе.5 Наиболее подробно она изложена в «Памятниках церковных древностей» архимандрита Макария6 и в «Адрес-Календаре» А Снежницкого.7 В указанных трудах основная роль в устроении обители на острове в Ворсме отводится представителям весьма влиятельного в XVII в. рода князей Черкасских.8 Имевшие в вотчинном владении села Ворсму и Павлово,9 Черкасские действительно принимали активное участие в строительстве монастыря, что подтверждается рядом документов. Литературные источники упоминают и некоего схимонаха Макария,10 называемого монастырским преданием «первоначальником» обители.

Легендарный факт встречи и беседы Макария с князем Черкасским, обещавшим иноку построить обитель на острове, неизменно присутствует практически во всех повествованиях об основании монастыря. Однако существование нескольких вариантов описания этого события говорит о том, что легенда не сохранила ни конкретного имени князя, ни указания времени, когда эта встреча произошла. Восполняя существенные пробелы предания об основании обители, каждый из авторов был волен дать свою трактовку известным фактам.

Архимандрит Макарий в «Памятниках церковных древностей» утверждает, ссылаясь на местное предание, что монастырь на острове в Ворсме появляется после переведения сюда из с. Павлова Воскресенского мужского монастыря.11 В изложении Макария версия эта слишком уязвима. По ней князьЧеркасский Михаил Яковлевич, возвращаясь с воеводства в Тобольск12 и проезжая через свои вотчины — села Ворсму и Павлово, встретил жившего на острове Ворсменского озера инока Макария. Схимник приветствовал князя и благословил его святой иконой, затем он показал князю место своего уединения. Остров так понравился Черкасскому, что он решился перевести сюда из села Павлова Воскресенский монастырь. По Макарию намерения князя было приведено в исполнение в 1662 г., как, якобы, показывают «оставшиеся монастырские акты».13 Далее в книге помещена храмозданная грамота митрополита Сарского и Подонского Питирима, на которую ссылается Макарий. В ней челобитчиком на устройство храма Живоначальной Троицы с приделом явления иконы Казанской Богородицы значится не Михаил Якавлевич, а его отец Яков Куденетович Черкасский, и просит он не об устройстве монастыря на новом месте, а о строительстве вместо старой — ветхой церкви «во имя тех же престолы».14 Несостоятельность предложенного варианта истории основания Троицкого Островоезерского монастыря станет еще более очевидной, если учесть собственное замечание архимандрита Макария о том, что и после перемещения в Ворсму, Воскресенский монастырь в Павлове не прекратил своего существования и даже имел вклады вплоть до начала XVIII в.15

Совершенно иную версию истории возникновения монастыря приводит А. Снежницкий.16 По ней основание обители связывается с именем князя Бориса Камбулатовича Черкасского и относится к концу XVI в. Поселившийся на острове Ворсменского озера пустынник Макарий ходатайствовал об основании обители перед владельцем с. Ворсма князем Борисом Камбулатовичем.17 Черкасский дал ему свое согласие. Позже, при обозрении своих вотчин, князь Борис вручил Макарию привезенную из Москвы святую икону Казанской Богоматери18 и указал место на острове для строительства деревянного храма. В 1580 г., утверждает А. Снежницкий, на острове были уже деревянные братские кельи и деревянная двухъярусная церковь с двумя престолами: вверху располагался Троицкий, а под ним — в честь иконы Казанской Божией Матери.

По указанию Бориса Камбулатовича спустя двадцать лет строится в монастыре и вторая церковь. История ее появления связана, по А. Снежницкому, «с несчастною судьбою князя Бориса и царственного предка Дома Романовых Михаила Федоровича Романова».19 Годуновская опала на Романовых в 1600 г. коснулась князя Бориса Камбулатовича, женатого на Марфе Никитишне Романовой-Юрьевой: князь Борис вместе с женой и шестилетним их племянником Михаилом Федоровичем был сослан в Кирилло-Белозерский монастырь. Якобы желая оставить потомству память «о злом поступке властолюбца Годунова и о том, что он, князь Борис, был охранителем и отцом для племянника своего Михаила», Б. К. Черкасский строит в Островоезерском монастыре храм во имя Преподобного Отца Михаила Малеина — святого, тезоименитого М. Ф. Романову.20 Факт строительства церкви Михаила Малеина в монастыре при описываемых обстоятельствах кажется нам маловероятным, тем более, что сам Снежницкий отмечает, что Борис Камбулатович скончался в Кирилло-Белозерском монастыре 12 апреля 1601 г., не прожив в нем и года.21

Материалы по истории строительства Островоезерского монастыря не исчерпываются, конечно, сведениями, приведенными в церковно-исторической литературе. Богатую информацию содержат данные архивных источников, и, в частности, документы фонда Троицкого Островоезерского монастыря, хранящегося в Государственном архиве Нижегородской области (ГАНО).22 Среди прочих материалов этого фонда имеется «Дело краткого описания монастыря»,23 составитель которого попытался, опираясь на местные предания, изложить историю создания обители. В тексте документа, состоящего из плохо увязывающихся друг с другом черновых записей, сделанных не ранее 1882 г., скупые свидетельства истории обставляются всякий раз новыми подробностями. Так, например, факт встречи с пустынником Макарием приписывается то Борису Камбулатовичу Черкасскому, то его сыну — Ивану Борисовичу. Соответственно изменяется автором и контекст времени. В первом случае основание монастыря относится к семидесятым годам XVI в.,24 а во втором — ко времени воцарения М. Ф. Романова.25 Вариаций описываемых событий в тексте «краткого описания» множество. Разбирать их здесь не имеет смысла, так как в целом они сводятся к двум вышеуказанным схемам.

Впрочем, одна версия из многих заслуживает внимания.26 По этой версии Борис Камбулатович Черкасский, с дозволения Ивана Грозного, в 1570 г. распорядился выстроить на берегу озера (заметим попутно, что не на острове, как в других вариантах) сначала деревянную церковь «в честь своего ангела Бориса и Глеба», а затем кельи и ограду. Построенная обитель стала называться Борисоглебской. В 1579 г. в Казани последовало явление иконы Казанской Божией Матери, Борис Камбулатович «снимает копию с новоявленной Чудотворной иконы» и второй раз прибывает в устроенную им обитель. Там он вручает икону Макарию, решает перевести монастырь на остров, а церковь Бориса и Глеба обратить в приходскую.27 С этого времени приселок при церкви стал называться Жатвенным Борисоглебским погостом, а поселение при Ворсменском озере — деревней или сельцом Ворсмой.28

Необходимые сведения по истории в основном почерпнуты автором «краткого описания» из книг А. Смирнова «Описание села Павлова и Ворсмы» (издание 1864 г.) и А. Барсукова «Род Шереметьевых. Кн. 2» (Спб., 1882). Имевшееся в распоряжении составителя «краткого описания» документы29 не только не подкрепляют сочинения, но во многих деталях и опровергают его.

Материалы этих источников не позволяют говорить о появлении монастыря на озере раньше 1621 г. Известно, что до 1621 г. села Павлово и Ворсма состояли в ведомстве Дворцовых сел. В 1621 г. село Павлов-острог было пожаловано царем Михаилом Федоровичем И. Б. Черкасскому «за многие службы и терпение отца его князя Бориса Камбулатовича Черкасского и матери его Марфы Никитишны и за его, князя Ивана, разоренье и терпение», а село Ворсма — «за службу в королевичев приход».30

Первым документом, фиксирующем появление монастырских построек в Ворсме, является грамота патриарха Иоасафа «по челобитью боярина кн (я)зь Ивана Борисовича Черкасского человека ево Ивана Бородина о строении в селе Ворсме новыя церкви во имя Живоначалные Троицы да предел (а) Пр (е)с (вя)тыя Б (огоро)д (и)цы Казанския», датированная 14 августа 7148 (1640) г.31

Существование монастыря на острове в 1640-х гг. подтверждается приведенной ватором «краткого описания» записью на вкладной книге «Служба и житие преподобного Сергия Чудотворца», изданной в 1647 г.: «Лета 7149 (1649) февраля во 2-й день сию книгу Препод. Отца и Чудотворца Сергия дал вкладу поп Михайло Гавриолв, брат родной свщенноиноку Нифанаилу, в дом Живоначальныя Троицы на острове Макария Затворника, что у села Ворсмы на езере».32

В храмозданной грамоте митрополита Сарского и Подонского Питирима 1662 г. Троицкая церковь в Ворсме «на острову» названа старой.33 Документ отражает следующий этап в создании монастырского ансамбля. Инициатором строительства новой церкви в монастыре становится Яков Куденетович Черкасский,34 получивший во владение села Павлово и Ворсму после смерти в апреле 1642 г. И. Б. Черкасского. Текст самой грамоты приведен в «памятниках церковных древностей» архимандрита Макария.35

После описания «ветхостей» прежней церкви, в грамоте Питиримом оговаривается облик будущей церкви: «и аз смиренный преосвященный Питирим Сарский и Подонский (…) велел ему [Я. К. Черкасскому] (…) вместо ветхие церкви, воздвигнути новую церковь во имя Живоначальныя Троицы, да в пределе Явлению иконы Пречистыя Богородицы Казанския, а придел велел прирубить по стороне тоя цекркви особою статьею, чтобы предельныя двери были в паперть, и вход в предел был из паперти, а из церкви в предел ходу не было, и главы бы на той церкве и на пределе были не шатровыя, и олтари делать круглые тройные; а в церкве и в пределе в олтари велеть делать по трои двери».36 На то, что требования к архитектуре будущей постройки были довольно жесткими, указывает следующее предостерегающее замечание Питирима: «А будет предел построить в одной церкве, а не особою статьею, а в той церкве освятить один настоящий престол, а предела не святить».37

Возьмем на себя смелость предположить, что Троицкая церковь с Казанским приделом все-таки была построена, и в том виде, как это предписывалось храмозданной грамотой Питирима. Вероятнее всего, построена она была до 1667 г. — года смерти Я. К. Черкасского.

С именем следующего владельца с. Ворсмы, сыном Я. К. Черкасского, князя Михаила Яковлевича, связана более активная строительная деятельность в Островоезерском монастыре.

В 1672 г. возводится последняя из деревянных храмовых построек монастыря — церковь Михаила Малеина. Благословение на ее строительство 2 марта 180 (1672) г. дал митрополит Сарский и Подонский Павел.38

Новый этап формирования ансамбля монастырских построек открывает другая подписанная 31 августа 1688 г. митрополитом Нижегородским и Алатырским Павлом благословенная грамота: «…по челобитью вотчины г (осу)д (а)ря нашего кн (я)зь Михайла Яковлевича села Ворсмы Троицкого Островоезерского м (о)н (а)ст (ы)ря иеромонаха Иоакима о строении вместо деревянных церквей Пр (е)с (вя)тыя Живоначальныя Троицы да в пределе Пр (е)с (вя)тыя Б (огоро)д (и)цы Казаские да згоревшия церкви Пр (е)п (о)добнаго отца Михаила Малеина39 вновь каменных церквей те же пр (е)ст (о)лы».40

О строительстве каменных зданий в монастыре в конце XVII в. свидетельствуют копии с грамот князя М. Я. Черкасского, хранившихся в монастыре, снятые игуменом Ефремом в 186 г.41 Первый документ не датирован и представляет собой так называемую «собственноручную роспись строенью» князя М. Я. Черкасского.42 Второй документ дополняет первый. Это контракт между М. Я. Черкасским и крестьянином с. Кадниц43 Павлом Сидоровичем Потехиным на строительство каменных зданий монастыря.44 Контракт датирован 24 августа 7196 (1688) г. Текст этих документов хорошо известен исследователям. Как одно целое он был опубликован в 1857 г. в «Памятниках церковных древностей» архимандрита Макария45 и затем в 1938 г. с незначительными купюрами у С. В. Безсонова.46 Фрагменты этого текста часто приводятся в качестве иллюстраций принципа строительства по образцу и метода работы зодчего конца XVII в.

В первую очередь нас интересует та часть документа, где отражается ход строительства Островоезерского монастыря. В контракте Потехин обязуется «к тому каменному делу притти (…) в нынешнем же во сто девяносто шестом (1688) году и делать то каменное дело самым добрым мастерством».47 Но строительство было начато не раньше лета 1691 г. В приказе М. Я. Черкасского Афанасию Жохову о заготовке материалов, составленном 5 января 1691 г.,48 оговаривались мероприятия по обследованию обнаруженных неподалеку от Ворсмы залежей известняка, который предполагалось использовать на фундаменты. Приказом было предписано из села Кадниц «Пашку [Потехина] да с ним для свидетелства и чертежу и приправки, как которая статья пристойнее к выспросу и досмотру трех человек каменщиков знающих же: Федку Перфильева, Федку Александрова, Куземку Ингнатьева (…) взяв, ехать в монастырь» для осмотра белого камня — «годитца ли к каменному делу» и «можно ль утвердить на той мели, каменну стену».49

Есть в тексте документа и прямое указание о начале строительства: «А строить в лето церковь с трапезою и келии и передняя стена с вороты и над вороты колоколница с церковью и ограды, что успеетца».50 Такой порядок работ — сначала строить церковь с трапезой, с кельями, воротами и колокольней над ними, а затем уже соборнй храм, оговаривался и в «росписи строенью».51

Вероятно, до начала строительства был составлен чертеж будущих построек. В приказе велено было «весь монастырь назнаменить на бумаге с мерою и как строенью быть против чертежа (…) и означить на чертеже, которым местом рвам и строеньям быть и что в которую сторону сажен останетца за строеньем и для чево выпустить за строенье и то все означить подлинно, да и о том высмотрить не по старой ограде по наличному досмотру как в пристой и что в обод будет сажен то место, которому быть в строенье и ограде и написав и назнаменя чертеж писать и со смотру своего опись и чертеж прислать не мотчав».52 Приказ заканчивался требованием:» А с чертежом и с описною росписью прислать ко мне к Москве подмастерья Пашка Потехина наспех, а ему сказать, чтоб он товарищем своим приказал готовитца к делу, и за дело принимались и делать с весны».53

Появление первых каменных монастырских построек в лето 1691 г. отмечено в следующей по времени грамоте М. Я. Черкасского.54 В тексте документа перечисленны постройки, начатые Потехиным: «А исподния-де житья, ледник и погреб построены под теплою церковью (…) А что в нынешнем 200 году (1691 — 92) изготовлено кирпича триста тысяч и тем-де кирпичем начатые кельи и на воротах церковь и колокольница и запасная палата и достальные кельи и вся ограда построитца».55

Но в 1692 г. П. Потехин был отстранен от дел. Приказом М. Я. Черкасского руководство строительством перепоручалось Ф. Перфильеву:56 «в нынешнем 200 (1691) году в [ноября] 16 де[нь] указал я села Ворсмы в Островоезерском Святые Троице монастыре в строеньях у каменного дела быть в подмастерьях кадницкому каменщику Федке Перфильеву, да с ним в товарищах Куземке Игнатьеву, а прежнему подмастерью Пашке Потехину подмастерьем к редовым быть за старость не указал» .57

В части приказа, касающейся набора каменщиков на новый строительный сезон (1692 г.), с отставкой Потехина предписывалось отстранить от работы еще семь человек кадницких каменщиков, «а вместо их взять Серешкина сына Ивашка, Пашкина сына Потехина Стенку, да из бобылей в прибавку Бориска Михайлова, Петрушку Иванова, да кадницких каменщиков, которые были на деле на Москве пять человек: Микитку Игнатьева, Гришку Михайлова, Марчку Андреева, Исачку Андреева, Ивашку Михайлова, да из сел Богородского и Павлова тех же каменщиков, которые сначала взяты и были во отпуску, всего и с подмастерьем шестьдесят один человек; и теми людьми построить вышеписанные дела».58

Этим же документом были внесены существенные поправки к «росписи строенью» 1688 г.: «И по моему указу положено, соборная церковь совершить одноглавою в потайной епанечной кровле с отводными над кровлей стоками против указанного ему [Перфильеву] на Москве образца»59 (выделено мной — Я. Ш.) (Первоначально в «росписи строению» Тоицкую церковь предполагалось завершить пятиглавием:»… церковь в довершке по соборному, главы и шейки и на церкве прикраска и окошка и меж окошек столбики и двери и рундуки как у Воскресенской решотки в Кадашеве церков, в красной пример пятиглавый утвердить, чтоб отнюдь течи не было»60 (выделено мной — Я. Ш.).)

Сопоставление текстов «росписи» и последней грамоты М. Я. Черкасского в частях, касающихся облика Троицкого собора, дает повод предположить, что в 1691 г. зодчий был ориентирован на иной, чем в 1688 г., образец. Во всяком случае, это можно утверждать с полной уверенностью в отношении композиции входов собора. Раньше, по «росписи строенью», Потехин должен был делать «в церковь трои двери с рундуками такими, каковы в Кадашеве у Воскресенской решетки».61 Приказом же 1691 г. новому подрядчику Ф. Перфильеву вменялось «к церкви соборной построить рундуки против Чудовских всходов и обвершить с потайно (й) ж кровлей по полаточному с подъемными стенами»62 (выделено мной — Я. Ш.). Вероятно, речь в данном случае идет о церкви Чуда Архангела Михаила в Московском Кремле. Церковь эта, кстати, была одноглавой, поэтому есть все основания полагать, что именно она была указана подмастерью в качестве образца для повторения ее форм завершения на Троицком соборе. За указанием «соборная церковь совершить одноглавою», в тексте грамоты следует более радикальное требование: «переделать и закамар снять с теплой церкви, которая построена, потому что теча от закамар будет».63 Замечание это относится к зданию Казанской церкви, строительство которой в лето 1691 г. велось под руководством П. Потехина.

Грамоты М. Я. Черкасского дают информацию не только о времени начала строительства каменных зданий монастыря. По тексту грамот можно установить и долю участия каждого зодчего в возведении той или иной постройки. Очевидно, что разбивка территории острова под строительство всех зданий и сооружений монастыря осуществлялась под руководством П. Потехина. Им же были начаты братские и настоятельские кельи, а также святые ворота между ними с надвратной церковью Михаила Малеина. Казанская церковь тоже была выстроена Потехиным, но как отмечалось выше, ее венчающие части были переделаны Ф. Перфильевым. Завершение начатых в 1691 г. построек выполнялось под наблюдением Перфильева. Ему же принадлежит основная роль в возведении Троицкого собора.

Сведения о датах окончания строительства каменных монастырских зданий сообщают материалы описей церковного имущества XIX в. По указанию описи 1859 г., первым было завершено строительство теплой церкви во имя Явления иконы Казанской Божией Матери — в 1694 г.64 Надвратная церковь Михаила Малеина была закончена в 1695 — 96 гг. В описи алтаря церкви 1806 г. упоминается «антиминс на белом полотне со вложением святых мощей, священнодействован 7204-го (1695 — 96) года (…) при патриархе (…) Адриане, митрополитом Павлом (…) Нижегородским и Алаторским».65 Последним был построен Троицкий собор. О нем в описи 1806 г. говорится: «церковь соборная (…) каменная, холодная, безпридельная, освящена 7202-го (1699) года…».66 Материалы архивных источников, к сожалению, не позволяют судить о времени окончания других монастырских зданий. Можно только предположить, что все строительные работы в монастыре были завершены к началу XVIII в.

Завершая обзор материалов по истории строительства Островоезерского монастыря, следует отметить, что содержание архивных источников позволяет в целом воссоздать реальную картину строительства Островоезерского монастыря в XVII в., отличную от предложенной историками XIX в.




1 В настоящее время г. Ворсма Павловского района Нижегородской области.

2 Нам не удалось пока обнаружить документы, в которых отмечен факт разборки церковных зданий. На фотографиях С. Л. Агафонова, выполненных в 1962 г., зафиксированы только братский корпус и надвратная церковь Михаила Малеина, бывшие уже тогда в руинированном виде.

3 Постановление Законодательного Собрания Нижегородской области № 64 от 30.05.95 г.

4 Безсонов С. В. Крепостные архитекторы. М., 1938. С. 11−16, 77, 78, 98; Микишатьев М. Н. К вопросу о датировке некторых памятников русской архитектуры конца XVII века // Филевские чтения. М., 1994. С. 90 — 101; Филатов Н. Ф. Нижний Новгрод. Архитектура XIV — начала XX вв. Н. Новгород, 1994. С. 120; и др.

5 Макарий архимандрит. Памятники церковных древностей. Нижегородская губерния. СПб., 1857. С. 298 — 300, 448 — 454; Снежницкий А. Адрес-календарь Нижегородской епархии. Н. Новгород, 1888. С 255 — 261; Православные русские обители ./ Сост. Сойкин П. П. СПб., 1910. С. 358, 359.

6 Архимандрит Макарий. Указ. соч. С. 298 — 300.

7 Снежницкий А. Указ. соч. С. 255 — 261.

8 В документах по строительству монастыря значатся имена: Бориса Камбулатовича, Ивана Борисовича, Якова Куденетовича и Михаила Яковлевича Черкасских. Об этих и других представителях рода князей Черкасских см.: Петров П. Н. История родов русского дворянства. Спб., 1886. С. 410 — 412; Барсуков А. Род Шереметьевых. СПб., 1981 — 1904. Т. 1 — 8.

9 Ныне г. Павлово расположен на берегу р. Оки в двенадцати километрах от г. Ворсмы.

10 О жизни Макария монастырское предание никаких сведений не сохранило; не известны были ни даты его рождения и смерти, ни когда, где и кем был пострижен в монашество.

11 Архимандрит Макарий Указ. соч. С. 299.

12 М. Я. Черкасский был воеводой в г. Тобольске в 1697−99 гг. См.: Барсуков А. Списки городовых воевод и других лиц воеводского управления Московского государства XVII столетия. Спб., 1902. С. 593.

13 Архимандрит Макарий Указ. соч. С. 299.

14 Там же. С. 439.

15 Там же.

16 Снежницкий А. Указ. соч. С. 255 — 261.

17 По мнению А. Снежницкого, князья Черкасские уже в конце XVI в. имели в вотчинном владении с. Ворсму с приселком Борисоглебским, называвшимся тогда Жатвенным погостом. Никаких ссылок на документы, подтверждающих факт такого владения, А. Снежницкий не делает.

18 Явление Казанской иконы Богоматери в Казани произошло в 1579 г. См.: Богоматерь. Полное иллюстрированное описание Ея земной жизни и посвященных Ея имени чудотворных икон. / Под ред. Поселянина Е. СПб., 1909. С. 424 — 432.

19 Снежницкий А. Указ. соч. С. 257.

20 Там же.

21 Там же.

22 ГАНО. Ф. 580.

23 ГАНО. Ф. 580. Оп. 2. Д. 105.

24 Там же. Л. 1 — 1 об.

25 Там же. Л. 2 — 3.

26 Там же. Л. 9 — 10 об.

27 Есть сведения о существовании деревянной Борисоглебской церкви на берегу Ворсменского озера на рубеже XVIII — XIX вв. Вместо нее в 1823 г. была построена каменная Казанская церковь с Борисоглебским приделом, сохранившаяся до сегодняшнего дня.

28 ГАНО. Ф. 580. Оп. 2. Д. 105. Л. 10 об.

29 В деле приводятся ссылки на два документа: 1) Реестр грамот, хранящихся в архиве при монастырских делах, присланный в 1722 г. из Вотчинного Ворсменского волостного правления; 2) хранимую в монастыре Благословенную грамоту преосвященного Питирима митрополита Сарского и Подонского 1662 г.

30 Барсуков А. Род Шереметьевых. СПб., 1899. Кн. 7. С. 16.

31 ГАНО. Ф. 580. Оп. 3. Д. 8. Справка Ворсменского вотчинного правления графа Шереметьева П. Б. об имеющихся документах по истории Троицкого монастыря за 1648 — 1688 годы (не раньше 2 марта 1781 г.). Л. 1.

32 ГАНО. Ф. 580. Оп. 2. Д. 105. Л. 9 об.

33 ГАНО. Ф. 580. Оп. 3. Д. 8. Л. 1.

34 Я. К. Черкасский приходился троюродным или, по некоторым источникам, двоюродным братом И. Б. Черкасскому.

35 Архимандрит Макарий .Указ. соч. С. 439 — 440.

36 Там же. С. 440.

37 Там же.

38 ГАНО. Ф. 580. Оп. 3. Д. 8. Л. 1 об.: «Грамота преосв (я)щенного Павла митрополита Сарского и Подонского по челобитью вотчины г (осу)д (а)ря нашего князь Михайла Яковлевича села Ворсмы пустыни Живоначальныя Троицы с острова черного попа Варсонофия о строении в том м (о)н (а)стыре теплой церкви преподобного отца нашего Михаила Малеина».

39 Снежницкий указывает (без ссылок на документы), что деревянный храм Михаила Малеина сгорел между 2-м и 10-м февраля 1673 г., тогда же были уничтожены древние документы и Синодик монастыря. См.: Снежницкий А. Указ. соч. С. 258.

40 ГАНО.Ф. 580. Оп. 2. Д. 8. Л. 1 об.

41 ГАНО. Ф. 580. Оп. 2. Д. 220.

42 Там же. Л. 1 — 2 об.

43 С. Каницы Закудемского стана Нижегородского уезда было отдано Яковом Никитичем Одоевским в приданое своей дочери княжне Марфе Яковлевне, вышедшей за князя М. Я. Черкасского. См.: Барсуков А. Род Шереметьевых. СПб., 1883. Кн. 3. С. 332, 338, 339.

44 ГАНО. Ф. 580. Оп. 2. Д. 220. Л. 9.

45 Архимандрит Макарий. Указ. соч. С. 449 — 454.

46 Безсонов С. В. Указ. соч. С. 77, 78.

47 ГАНО, ф. 580. Оп. 2. Д. 220. Л. 9 об.

48 Там же. Л. 3 — 4 об.

49 Там же. Л. 3.

50 Там же. Л. 4.

51 Там же. Л. 2.

52 Там же. Л. 3 об.

53 Там же. Л. 4 об.

54 Там же. Л. 5 — 6 об. Приказ на одном столбце князя Михаила Яковлевича Черкасского Афонасью Жохову касательно каменных построек в Островоезерском монастыре, кого и с какими условиями подряжать, что, где и как строить в 7200 году от сотворения мира, 1691 году от Р. Хр. Ноября в 16-й день.

55 Там же. Л. 5.

56 На эту замену зодчего в ходе строительства монастыря уже обращали внимание исследователи. См.: Бусева-Давыдова И. Л. О роли заказчика в организации строительного процесса на Руси в XVII в. // Архитектурное наследство. М., 1988. Вып. 36. С. 52.; Филатов Н. Ф. Указ. соч. С. 120.

57 ГАНО. Ф. 580. Оп. 2. Д. 220. Л. 5.

58 Там же. Л. 5 об.

59 Там же.

60 Там же. Л. 1.

61 Там же. Л. 1 об.

62 Там же. Л. 5 об.

63 Там же.

64 ГАНО. Ф. 580. Оп. 2. Д. 138. Л. 20.

65 ГАНО. Ф. 580. Оп. 2. Д. 29. Л. 37 об.

66 ГАНО. Ф. 580. Оп. 2. Д. 29. Л. 1.


← Назад | Вперед →