Вверх

М. В. Седова. Суздальский монастырь св. Дмитрия.


Летописные известия о междоусобной войне Владимира Мономаха и муромо-черниговского князя Олега Святославича в 1094 — 1096 гг. свидетельствуют, что в это время на северо-востоке Руси существовало как минимум два монастыря. Это Спасский монастырь в Муроме, где в 1095/1096 гг. положен был убитый в бою сын Владимира Мономаха Изяслав и Дмитриевский монастырь в Суздале. О последнем из летописного текста мы узнаеи следующее: «Олег же приде к Суждалю и слышавъ яко идет по нем Мстиславъ. Олег же повеле зажещи Суждаль город. Токмо остася дворъ манастырьскыи Печерьскаго манастыря и цркы яже тамо есть стаго Дмитрея юже бе далъ Ефремъ и с селы…».1

Вопрос о том, где именно располагался монастырь св. Дмитрия, вызывал споры среди исследователей, т. к. некоторые из них считали, что «двор монастырский Печерского монастыря» находился внутри городских оборонительных укреплений. Однако судя по позднейшей топографии города, монастырь был основан за пределами кремля. В пределах суздальского кремля времени Владимира Мономаха в земляных валах было проделано двое проездных ворот, соединявшихся между собой позднее Кремлевской, Рождественской улицей (рис. 1). Восточные напольные ворота выводили на посад и носили название Ильинских (по расположенной вблизи церкви Ильи Пророка). Юго-западные проездные ворота носили название Дмитриевских. Они выводили к р. Каменке, на древнюю дорогу, ведущую к р. Клязьме, ко Владимиру, в землю вятичей. Именно на этой дороге и возник древнейший суздальский монастырь, давший впоследствии всей заречной застройке наименование «Дмитровской стороны». Основан он был выходцами из киевского Печерского монастыря по инициативе переяславского епископа Ефрема — ближайшего сподвижника Владимира Мономаха. По мнению историка русской церкви Е. Голубинского, подтвержденному изысканиями А. Поппе, в юрисдикцию епископа переяславского в XI в. входили дела смоленские и суздальские.2 Поэтому нет ничего удивительного в том, что переяславский епископ Ефрем основывает в Суздале монастырь с церковью св. Дмитрия и передает ему села: «…юже бе далъ Ефрем и с селы». Села, по-видимому, принадлежали самому Ефрему, который происходил, судя по сведениям Киево-Печерского патерика, из знатной, возможно княжеской, семьи («каженик некто от княжа дома»). Наиболее вероятным представляется, что села, которые дал Ефрем Дмитриевскому монастырю, находились вблизи Суздаля и, возможно, сам монастырь располагался на земле одного из принадлежавших ему сел. В дальнейшем с Дмитриевским монастырем была тесно связана семья суздальского тысяцкого Юрия Долгорукого — Георгия Симоновича. Видимо, именно к этой обители относится свидетельство Киево-Печерского патерика о том, что «правнуци его (Симона) любовь имеъютъ къ святому Дмитрею, ту бо имеъють мъсто свое в нем, и иже кто ихъ лишитися, и сии под клятвою суть своих прародитель и отець иже своею волею отмещутся молитвы святого и благословениа и объта преподобного отца Феодосия».3

Дальнейшие письменные свидетельства о Дмитриевском монастыре относятся уже к XIII в. Игумен этого монастыря Кирилл был с 1216 г. епископом Ростовским. В 1228 г. он оставил епископскую кафедру и, возвратившись в монастырь, принял схиму. В 1230 г. он скончался и был погребен в Дмитровском монастыре.4 Под 1228 г. Лаврентьевская летопись сообщает: «Того же лет Кирилъ епспъ Ростовьскыи и оставивъ епспью приде в Суждаль к стому Дмитрию в свою келью хотя лечити свою немочь».5

Никоновская летопись об этом же событии сообщает под 1229 г., уточняя местоположение монастыря: «Иде в келию свою въ митрополичь монастырь святого Дмитрея, иже въ Суздале на посаде».6 Монастырь назван митрополичьим и указано, что располагался он не в кремле, а на посаде. Это указание снимает разночтения в понимании летописного текста 1095 г.

В 1238 г. монастырь при взятии Суздаля татаро-монгольскими отрядами был сожжен: «Татарове… взяша Суждаль и сту бцю разграбиша и двор княжь огнемь пожгоша и манастырь стаг Дмитрия пожгоша, а прочии разграбиша…».7 Видимо, роль Дмитриевского монастыря в городской жизни Суздаля была значительной, если летописец отмечает разрушение его наряду с такими достопримечательностями города, как кафедральный собор и княжеский дворец. Сожженная церковь св. Дмитрия в то время была деревянной. Такими оставались возобновляемые церкви монастыря на протяжении длительного отрезка времени, вплоть до середины XVIII в. Так, в Писцовой книге 1617 г., составленной после «смутного времени» по приказу царя Михаила Романова князем Ю. И. Шаховским и подъячим А. Строевым, указана «на Дмитриевской стороне церковь Дмитрия Селунского древяна вверхъ, да с трапезою страстотерпца Христова Георгия, строение приходских людей».8 Видимо, монастырь в это время из-за разгрома города не функционировал. Но уже через десять — двенадцать лет Писцовые книги 1628 — 1629 гг. указывают «по реке Каменке по берегу по Дмитровской стороне… монастырь великого Государя Святейшего патриарха Филарета Никитича московского и всеа Русии ружной, а в немъ церьковь Дмитрея Селунского древянъ вверхъ, другой храм теплой Страстотерпца Христова Георгия, в келье игуменъ Федосей, две кельи брацких».9

Иеромонах Иоасаф в своем исследовании церковно-исторических достопамятностей Суздаля приводит выписки из Казенного приказа 1721 г., из которого видно, что при суздальском епископе Иоакиме в Дмитровском монастыре не было уже ни игумена, ни братии, а проживали десять инокинь, причем служил в церкви приходской священник с причтом.10

В 1713 г. начали копать фундаментные рвы для каменной церкви Дмитрия Солунского. При этом было обнаружено древнее монашеское захоронение в деревянном гробу, отождествленное с захоронением игумена Дмитриевского монастыря, епископа Ростовского Кирилла XIII в.

В своем сочинении «Историческое собрание о богоспасаемом граде Суждали» в 1754 г. ключарь Суждальского собора Анания Федоров описывает: «За городом на посаде прежде имелся монастырь мужской за рекою, святого великомученика Димитрия Мироточца, в котором был игумен и братии довольно, ныне же приходская церковь. В том монастыре настоящая церковь святого великомученика Димитрия Мироточца, каменная, весьма прекрасная, и внутренним благолепием преизрядно украшена».11 Эта каменная церковь просуществовала около двухсот лет и была разрушена в тридцатые годы XX в. (рис. 2). В настоящее время на месте древнего монастыря располагается музей деревянного зодчества Владимирской земли. Сюда свезены из районов области избы, хозяйственные постройки, колодцы, мельницы и пр. Находятся здесь и два деревянных храма, своими очертаниями напоминающие древние монастырские постройки. Удачно выбранное место для традиционных деревянных построек воссоздает утраченный элемент исторической топографии Суздаля.

Перед созданием музея деревянного зодчества на месте древнего монастыря были проведены археологические исследования с целью выяснения характера культурных напластований и времени возникновения жизни на этом месте. Раскопки велись в 1968 г. (руководитель В. В. Седов) и в 1971 — 1972 гг. (руководитель В. П. Глазов).

Раскоп 1968 г. (площадь 52 кв. м) находился в 124 м от юго-восточного угла деревянной Преображенской церкви XVII в. Культурный слой толщиной 0,3 — 0,4 м весьма насыщен древнерусской керамикой и вещевыми находками (стеклянные браслеты, шиферные пряслица, ножи, ключи). К XII в. относится полуземлянка, открытая в процессе раскопок. Размеры ее котлована 3,5×3,5 м, глубина 0,5 м. По углам котлована прослежены ямки от столбов, видимо, опор крыши и плетневых стен. Вырез для входа располагался с западной стороны, развал глинобитной печи — с противоположной.12

В 1971 г. обнаружена была еще одна полуземлянка и большая домница с кузницей.13 От кузницы остались только столбовые ямы, а также скопления шлаков и крицы, найденные за пределами домницы. Устьем домница ориентирована на север. Размеры ее по оси север-юг — 4,2 м, по оси запад-восток (загрузочная полость) — 4 м. Основание вырезано в материке. К загрузочной части подходят три ступени, по краям спуска к домнице — столбовые ямы для навеса. Во время раскопок найдены обломки стеклянных браслетов, керамика XII — XIII вв., крицы и болотная железная руда, каменный молот для дробления руды, зубильце и просадка кузнечная, ножи. Вокруг домницы имеется слой (0,2 м) горелой земли с окалиной железа. В северной части раскопа обнаружен ров глубиной 2,36 м. Сама домница находилась в трех метрах от края рва.

Раскопки 1972 г. исследовали тот же производственный кузнечный комплекс XII — XIII вв., доведя количество изученных помещений до четырех.14 Выявлено производственное помещение с остатками горна. Обнаружены лепешковидные крицы, лежавшие на дне горшков. Среди находок выделяется бронзовая ажурная привеска в виде петушка, аналогичная найденной в раскопках Н. Н. Воронина в Суздале в 1936 г., Е. А. Рябинин считает подобные шумящие привески характерным для Владимиро-Суздальской Руси типом.15 Датируются они XII — сер. XIII в. (рис. 3, 1). Интересной находкой является камень-оселок с нанесенным рисунком. На одной его стороне процарапано изображение человеческого лица в профиль в островерхом уборе. На другой стороне геометрический узор из лесенок и горок (рис. 3, 3).

На донцах гончарных сосудов часто изображались клейма в виде «птичьей лапки», свастики, креста в круге и др.

По материалам весь производственный комплекс датируется XII — XIII вв. Очевидно, он связан с монастырской слободой, располагавшейся у стен Дмитриевского монастыря. Приведенный выше летописный текст под 1096 г. упоминает «дворъ монастырьскыи Печерьскаго манастыря и церковь юже тамо есть святого Дмитрияю юже бе далъ Ефрем и с селы».16 По-видимому, одно из этих «сел», располагавшихся у стен монастыря, и было частично раскопано.

На территории музея деревянного зодчества на месте вновь установленной Преображенской церкви при строительных работах была сделана необычная находка. По устному свидетельству суздальского краеведа В. М. Снегирева, на глубине 0,6 — 0,8 м был обнаружен белокаменный саркофаг трапециевидной формы с выделенным полукруглым оголовьем. Саркофаг был пустой. По-видимому, саркофаг был идентичен белокаменному же саркофагу, обнаруженному А. Ф. Дубининым в южном притворе Рождественского собора и приписываемого им сыну Юрия Долгорукого — князю Святославу (ум. в 1174).17 Такой же саркофаг был обнаружен Н. Н. Ворониным в Боголюбове. Белокаменные саркофаги подобной формы явились новшеством на Руси в XII в., в них хоронились лишь представители знати. На территории Дмитровского монастыря в Суздале мог быть захоронен один из представителей рода Георгия Шимоновича, ибо по заключению составителя Киево-Печерского Патерика: «Сего ради правнуци его (Симона) любовь имъють к святому Дмитрию, … ту бо имъють место свое в нем…».18

Историческая судьба одного из древнейших русских монастырей сложилась не совсем удачно; он не стал знаменитым центром духовной, культурной жизни, как Спасо-Евфимиевский, Покровский или Ризоположенский монастыри Суздаля. Однако на раннем этапе своего существования, в XI — XIII вв., по-видимому, он играл значительную роль в становлении христианства в Суздальской земле. Монастырь рисуется как крупный культурный центр, своего рода «северная Киево-Печерская лавра». Скорее всего, здесь велось и летописание.19




1 ПСРЛ. Т. 1. Стб. 238.

2 Голубинский Е. История русской церкви. М., 1901. Т. 1. С. 677, 686 — 687;

Poppe A. Pahstvo i kosciol na Rusi v XI wieke. W-wa, 1963. S. 165.

3 Киево-Печерский патерик // Памятники литературы Древней Руси, XII в. М., 1980. С. 454 — 455.

4 Иоасаф. Церковно-историческое описание суздальских достопримечательностей. Чугуев, 1857. С. 110.

5 ПСРЛ. Т. 1. Стб. 452.

6 ПСРЛ. Т. 9 — 10. М., 1963. С.

7 ПСРЛ. Т. 1. Стб. 462.

8 Писцовая книга города Суздаля 1617 года // Ежегодник Владимирского губернского статистического комитета. Вып. 1. Владимир, 1875. С. 259.

9 Суздаль. Список с писцовой книги гор. Суздаля с 7136 по 7138 г. // Труды Владимирской ученой архивной комиссии. Т. 6. Владимир, 1904. С. 24 — 25.

10 Иоасаф. Указ. соч. С. 111.

11 Анания Федоров. Историческое собрание о богоспасаемом граде Суждале // Временник ИОДР. М., 1885. Т. 22. С. 65.

12 Седов В. В. Раскопки в Суздале // АО 1968 г. М., 1969. С. 73 — 74.

13 Глазов В. П. Исследования во Владимирской области и раскопки в Суздале // АО 1971 г. М., 1972. С. 75 — 76.

14 Глазов В. П. Работы во Владимирской области и г. Суздале // АО 1972 г. М., 1973. С. 57 — 58.

15 Рябинин Е. А. Зооморфные украшения Древней Руси X — XIV вв. // САИ. Л., 1981. Вып. Е-1−60. С. 13. Рис. 3. Табл. IV, 10.

16 ПСРЛ. Т. 1. Стб. 238.

17 Дубынин А. Ф. Археологические исследования г. Суздаля (1936 — 1940 гг.) // КСИИМК. Вып. XI. С. 97 — 98. Рис. 40.

18 Киево-Печерский патерик. С. 454 — 455.

19 Воронин Н. Н. К вопросу о начале Ростово-Суздальского летописания // Археологический ежегодник за 1964 год. М., 1965.


← Назад | Вперед →